Кровавая реальность Украины и Idealpolitik Запада. Что должны понять украинцы?
Что делать украинцам в состоянии почти психотического разрыва между кровавой ежедневной реальностью и фантазийным идеальным миром, в котором живут «они»
Правозащитная организация Amnesty International делает скандальное заявление о том, что ВСУ своими действиями подвергают мирное население опасности. Международный комитет Красного Креста сообщает, что не гарантировал безопасность украинских защитников Азовстали, впоследствии оказавшихся в российском плену. Бывший канцлер ФРГ Герхард Шредер съездил к Путину в Москву и привез с собой предложение «легкого разрешения» газового кризиса — запуск Северного потока-2. На этом фоне нужно однозначно пересмотреть наше отношение ко всему происходящему на международной арене, потому что использование понятия Realpolitik как мантры ( еще, почему-то, очень часто в извращенном английском варианте, вместо того, чтобы по буквам нормально прочитать на немецком — почти как на украинском — Реальполитик) мешает увидеть Idealpolitik, в ее искаженном современном понимании.
Невозможно даже приблизительно подсчитать, кто и сколько раз в Украине за последние годы употреблял слово Realpolitik — когда уместно, когда нет. На этом фоне особенно поражает, что антоним этой концепции — Idealpolitik, или неведом в Украине (кроме узкого круга экспертов), или забыт всеми. А вот международные организации, рядовые бюргеры и топовые политики западных стран об этой концепции не забыли. Альтернативная к силовой концепции, с которой мы знакомы как с «политикой реальной», подчеркивает моральный аспект международных отношений, ценностей, мирность, цивилизованное взаимодействие и рисует свой, идеальный мир взаимопонимания и согласия. Трудно возразить, что к нему следует стремиться, однако нам в Украине всевозможные благие пожелания сесть и поговорить с врагом, «услышать другую сторону» никак не помогают спастись от ракетных обстрелов, сдержать рашистское нашествие, освободить оккупированные территории и наших военнопленных, а также осуществить множество. других, вполне реальных и очень силовых шагов. Для рядового жителя европейского государства, которое находится вдали от россии и в котором послевоенный мир уже давно не нарушался существенными катаклизмами, идеальный мир морали и диалога кажется вполне реальным и, что хуже, даже в отношении России.
Идеальполитика воспринимает международные отношения так, будто к ним можно применять нравственные принципы межличностного взаимодействия. К сожалению, для большинства далеких от обстрелов и угроз истребления как нации жителей европейских стран, верящих в силу диалога, силовой сценарий разрешения конфликта — это нечто, по определению, плохое. По умолчанию действует предположение, что как в школе нельзя применять к разбойнику, который избивает других учеников, силовые методы воздействия (а тем более наказание), так и к сторонам конфликта, который не все даже способны назвать войной, следует применять такой же принцип. Вспомните только, в скольких голливудских фильмах и сериалах вам случалась сцена, когда какой-то мальчик в очках, над которым издевается тупой школьный хулиган, наконец-то дает ему в рожу и за это жестко получает на орехи. Директор отстраняет обоих от уроков (т.е. наказание получают оба), родители осуждают свое чадо за то, что он дал бой нападающему, и мы слышим заезженную фразу о том, что ответ насилием на насилие — не выход. Когда в ответ на очередное военное преступление рашистов ООН в своей реакции призывает не преступника, а «обе стороны» придерживаться каких-то принципов — мы имеем почти такую же ситуацию. Когда Amnesty International тратит время и усилия на то, чтобы заявить миру, что и украинские вооруженные силы подвергают опасности мирное население, нас пытаются посадить на стульчик рядом с «задирой» в кабинете директора.
Для большинства жителей европейских стран силовое разрешение конфликта — это что-то плохое
Ситуация с заявлением международного комитета Красного Креста по поводу азовцев, которым эта организация, оказывается, и не собиралась гарантировать безопасность, несколько иная. Это мы у себя в Украине ожидаем (на самом деле уже нет), что международные организации по своему профилю деятельности будут, извините за тавтологию, действенными, а не будут спамить информационное пространство пустыми заявлениями о своих беспокойствах, глубоких или не очень. Мы видим живых людей, героев нашей Родины, которых пытают, которых цинично убивают, это наша тревожная и кровавая реальность, в которой мы требуем предметных, жестких и решительных действий. Многие международные организации работают с другой реальностью, в которой они придерживаются своих принципов и ценностей, а также делают все, чтобы продвигать свою Идеальполитику, в рамках которой призывы должным образом обращаться с военнопленными или выражение глубокой озабоченности считается вполне «мощным» действием. А если заявить о решительном осуждении — это вообще действие самое действенное. Представьте, что вся ваша организация все время работает над обеспечением идеалов в воображаемом мире мира и согласия, а тут вдруг вы сталкиваетесь с реальным и кровавым агрессором, который в гробу видел ваши ценности, будете ли вы в принципе способны кого-то от него защитить своими гарантиями? Вряд ли.
Россияне хорошо умеют заигрывать с Идеальполитикой Запада: путин представляет себя как борца за традиционные ценности, и на Западе есть даже публичные интеллектуалы, которые ведутся на это, как, например, Джордан Питерсон. Разговор о ценностях традиционализма и либерализма Запад понимает. Но когда «матрица дает сбой» и твиттер посольства россии в Великобритании пишет о том, что азовцев надо вешать, Запад понимает уже хуже. Просчет состоит в том, что ценность наказания провозглашенных россией «фашистов» грубым способом — это не та ценность, которая существует в современном мире западной Идеальполитики. Нюрнбергский процесс давно прошел, так что теперь никаких повешений, нужно услышать каждого, применить моральное осуждение, посадить за стол переговоров и дальше по репертуару. Здесь россияне просчитались. К сожалению, просчитываемся и мы, когда без идеальполитических объяснений призываем к кенселингу русской культуры, потому что европейцам непонятно, какое отношение к путину имеют Достоевский с Толстым. В идеальном мире европейцев есть идеализированная великая русская культура (ну ведь все, что русское, является «великим» по определению), на которую срабатывает удивительная выборочная слепота — в ней не видят русского империализма и шовинизма. Здесь мы имеем шанс соперничать на полях борьбы Идеальполитики, указывая европейцам на то, под каким углом следует смотреть на русский империализм в литературе и искусстве.
Какое же отношение имеет визит Шредера в москву и его встреча с путиным к Идеальполитике? После столь же сомнительных заявлений и скандальных поступков, разговоров об исключении из партии и всего остального, на Шредере не поставили крест, у него все еще остается шанс реабилитировать себя. Некорректно сказать, что с ним обращаются как-то мягко и подобострастно — с ним обращаются в соответствии с принципами Идеальполитики, при которой нужно быть высоконравственным настолько, чтобы дать шанс на исправление каждому. Благородная цель, но крайне непрактичная, когда речь идет об энном визите к кровавому диктатору и газовому шантажисту, к которому (то есть путину) применяются эти же принципы — благородное предоставление шанса покаяться, исправиться, присоединиться к идеальному миру мира и согласия.
Что же делать нам, украинцам, в состоянии такого почти психотического разрыва между кровавой реальностью, которую мы проживаем каждый день, и фантазийным идеальным миром, в котором живут «они».
Во-первых, не забывайте об универсальном принципе: осведомлен — значит вооружен. Нам не следует ограничиваться исключительно Реальполитикой в анализе международных отношений и внешней политики разных стран — мы обязаны понимать их Идеальполитику.
Во-вторых, нам нужно отбросить напрасные надежды на то, что западная идеальполитика станет «адекватной» в соответствии с нашими представлениями, но нам нужно не складывать руки и настойчиво развенчивать рашистские фейки и противодействовать российским нарративам. Это бег на выносливость, на очень длинную дистанцию.
В-третьих, нам нужно овладеть языком Идеальполитики, хотя это очень трудно, потому что для нас он будет больше языком абстракций, оторванных от реальности, чем живым языком настоящего. О каких «призываем обе стороны к…» или «вернуться к переговорам ради…» может быть речь, когда россия уничтожает Украину и украинцев каждый день?! Однако наше возмущение могут не услышать, если мы даже не попытаемся заговорить на языке идеалов и фантазий. Мы сильная нация, способная на все, поэтому я верю, что и на фронтах Идеальполитики мы сможем одержать победу!
Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Погляди НВ