«Я танцевала на улице в Токио». Саша Паскаль, 10-летняя гимнастка, которая после ампутации не ушла из спорта, рассказала, как объехала мир
Читайте NV в Google
Она была в Париже (Фото: Виталий Шульга)
Украинская гимнастка Александра Паскаль в большом интервью NV в деталях рассказала, как за 18 дней побывала на пяти континентах, с кем и зачем в поездке встречалась и где ей понравилось более всего
История Александры Паскаль, 10-летней гимнастки из Черноморска, в июле облетела весь мир. В Украине многие помнят, как в мае 2022 года российская ракета ударила по базе отдыха в поселке Затока (Одесская область), и шестилетняя Саша Паскаль оказалась под завалами. Итог — две недели в коме, открытый перелом руки, осколочные ранения и травма ноги. Ногу пришлось ампутировать.
Для 99 из 100 это означает конец спортивной карьеры. Вот Александра и есть эта сотая, кто проявила чрезвычайную стойкость и несгибаемый характер: спустя год после протезирования маленькая гимнастка вернулась в большой спорт. В 2024-м и 2025-м она приняла участие в соревнованиях на всеукраинском турнире Rizatdinova Cup, а затем и завоевала там «бронзу». В июне 2026-го уже было «золото» на международном турнире Carla’s Rhythmic Cup.
И вот теперь Саша полетела в кругосветное путешествие в рамках благотворительного проекта Dance of Freedom. Танец Свободы на главных площадях и площадках Парижа, Нью-Йорка, Рио-Де-Женейро, Найроби, Токио. Цель — донести как можно большему числу землян масштаб военных преступлений со стороны РФ и цена, которую платит Украина в целом и ее дети непосредственно за свою свободу. По данным украинской генпрокуратуры, к маю 2026 года от начала полномасштабного вторжения из-за военных действий россиян 705 украинских детей были убиты, как минимум 2.527 были ранены. Увы, лето 2026-го добавило к числу жертв российской агрессии новые имена. Остановить этот конвейер смерти можно только совместными усилиями. Это и есть концентрированное обращение юной гимнастки к миру.
Юрий Свиридов, член Национального Совета Фонда Рината Ахметова, который организовывал поездку и сопровождал в ней Сашу Паскаль, рассказывает: двухнедельный тур вызвал большой интерес в международных медиа. 44 СМИ с охватом аудитории в 291 млн человек посвятили свои репортажи, интервью, статьи юной украинке, ее истории и войне, которую в Украину принесла Россия.
В числе наиболее массовых медиа — CNN с аудиторией 100,4 млн, MSN (веб-портал, созданные компанией Microsoft) — 88,7 млн, Yahoo Finance та Yahoo Sport вместе 67,2 млн.
Тем временем футбольные легенды и звезды мировой величины Роналдиньо, Бебето, Зико, Виллиан, Алешандре Пато разместили ролик с видео Танца Cвободы в исполнении Саши на своих персональных страничках всоцсетях. Так они увеличили аудиторию украинки на несколько миллионов пар любопытствующих глаз.
Кроме танцев у Александры были встречи на официальном уровне в Париже в штаб-квартире ЮНЕСКО и в Нью-Йорке — в ООН, а также в Кении с представителями паралимпийского комитета, где девочка обратилась к международным чиновникам с просьбой не допускать российских спортсменок к соревнованиям и, похоже, была услышана.
«Нас никто не будет приглашать, нам нужно самим проявлять активность, — делает вывод Свиридов. — Нам дали достаточно много времени, выслушали наши тезисы, и были хорошие репортажи».
А теперь Паскаль уже готовится к олимпиаде в Брисбене (Австралия), которая пройдет в 2032 году. Саша нацелена на «золото» паралимпийских игр. Одна беда: художественная гимнастика все еще не введена в паралимпийское движение.
«У меня есть внутреннее желание помочь, чтобы она попала на паралимпиаду в Брисбене, — говорит Свиридов. — Нам сейчас нужна помощь Международного паралимпийского комитета, всех наших властей».
Но это будет завтра. Сегодня Саша Паскаль уже в Украине и выдыхает свой 18-дневный тур по пяти континентам. Воспользовавшись моментом, NV поговорил с гимнасткой в присутствии ее мамы Марии и, например, узнал почему Кения — это не для слабонервных. То есть — почему именно Кения так понравилась Саше. Но в начале был Париж.
— Париж выбрала ты. Почему Париж?
— Потому что это один из моих самых любимых городов.
— Почему не Лондон? Ведь была такая опция.
— В Лондоне я уже была. Лондон мне больше нравится, чем Париж. Но я решила выбрать Париж.
— Погоди, я за твоей логикой не успеваю. Значит Париж — один из твоих самых любимых городов, но Лондон все рано лучше, поэтому ты выбрала Париж. Хорошее начало. Я в предвкушении. Итак, что было в Париже, если говорить о твоём туре, и о твоем выступлении Dance of Freedom?
— Мы проснулись рано утром, примерно в 6 утра, и пошли к Эйфелевой башне. Я там танцевала Dance of Freedom. У нас было две локации. Одна возле Эйфелевой башни, а вторая возле Триумфальной арки. В обед там было очень много людей. Подходили и говорили: «Ты молодец». Даже подарили маленькую игрушку. Я там встретила много украинцев.
— Какова цель твоего тура?
— Моя цель — показать, рассказать всем странам, всему миру, что сейчас у нас идет война, и что мы все хотим, чтобы она быстрее закончилась. Рассказывала, что у нас много детей погибло. Было очень много интервью, в которых я рассказывала свою историю. (МАМА: «Мы показывали фотографии, рассказывали, как это все случилось. Очень много телеканалов брали интервью, очень много. И потом это все показывали по телевидению, в соцсетях»).
— В Париже тебя пригласили стать спикером на будущей сессии конференции ЮНЕСКО. Ты готова к ней?
— Ну, посмотрим. Если они с нами свяжутся, пригласят, то будем думать.
— После Парижа вы полетели в Нью-Йорк. Предположу, что Нью-Йорк был самым важным, самым ярким событием тура.
— Это не так. Ну, наверное, из-за футбола, отчасти так. Самое яркое событие — это то, что мы попали на финал Чемпионата мира по футболу (19 июля). Я очень хотела. Это была моя маленькая мечта.
— Ничего себе маленькая.
— Было очень весело, я познакомилась там с испанцами.
— Я знаю, что потом ты вышла со своим танцем в Нью-Йорке на Таймс-сквер, на одном из самых известных и многолюдных перекрестков планеты. Расскажи, пожалуйста, что было там из того, что мы не видели на фотографиях?
— Собралось очень много людей. Было очень много украинцев, которые пришли меня поддержать. Очень много. Наверное больше, чем где бы то ни было. Я там станцевала дважды. Утром было не очень много людей. Но позже площадь была заполнена. Мы даже попросили наших ребят, украинцев, чтобы они помогли освободить место, сделать такой круг. И когда я танцевала, стали подходить люди, фотографировать, снимать на видео, поддерживать, аплодировать.
(МАМА: «Там тоже было много прессы, и Саша ходила в ООН, давала там интервью, они записали ее историю, как она восстанавливалась, как занимается гимнастикой сейчас»).
— После Нью-Йорка вы полетели в Рио-де-Жанейро. Как вас там приняли?
(МАМА: «Саша побывала в Олимпийском комитете, познакомилась с олимпийскими чемпионками (гимнастика)»).
— Они были прикольные. Я там тоже танцевала свой танец. От меня они узнали, что у нас сейчас идет война.
— Они не знали этого?
(МАМА:" Я думаю, что они не вникали в это все. Они слышали, но не думали, что это вот на таком уровне").
— После Бразилии настал черед Кении, город Найроби.
— Кения очень мне понравилась.
— Почему Кения оказалась для тебя самой яркой частью поездки, если это конечно так?
— Очень прикольная страна. Очень смешная. Очень опасная. Вот там, например, когда мы идем, вот так в руках держа телефон, этого лучше не делать. Нельзя в кармане держать телефон. Надо вот так ходить, чтобы никто не украл. Мы даже боялись из отеля выйти, потому что мы жили прямо в центре-центре.
— И именно это тебе понравилось?
— Да. После шести вечера нельзя выходить из отеля. И мы приезжали после шести, и уже выходить мы боялись. Очень. Кстати, мы еще заезжали в один бедный район. Привезли туда помощь: сахар, соль, масло, сладости и раздавали деткам. А еще мы потеряли чемодан. Мы летели 24 часа. Полетели в Доху. Чемоданы остались в Дохе, и потом с Дохи полетели обратно в Рио-де-Жанейро, и затем летели к нам.
— Зачем нужно было ехать в Кению, кроме того, чтобы там потерять чемоданы?
— Мы побывали там в трех гимнастических школах, я там тоже танцевала. Были там в ЮНИСЕФ. Они организовали большой праздник. Я поделилась своими историями, и получился такой взаимообмен, поддержка.
— Перед тем как расспросить тебя про последний город в твоем турне, про Токио, я спрошу вот что: насколько увеличилось число фоловеров на твоей соцстранице за время тура?
— Да! (в этот момент глаза Саши загорелись всеми цветами радуги). Плюс две тысячи. Нет, три тысячи. Три тысячи! Я думала, будет меньше. Я была очень счастлива, когда узнала, что у меня плюс три тысячи. И очень удивилась. А до того было всего семьдесят.
— Полагаю, это только начало. Итак, вы полетели из Найроби в Токио.
— Мне очень понравилась Япония. Наверное, Япония была лучше всех. Потому что она была самая масштабная, такая крутая. Кстати, из всех вот этих стран Япония была самая-самая жаркая. И по еде самая вкусная. Ну, конечно, у нас в Украине вкуснее. В Японии нас никто не встречал.
МАМА: «Здравствуй. А украинская диаспора?»
— Ой, я забыла. Очень было много украинцев. Подарили мне два пакета с подарками, с едой, с вентиляторами. Потому что было очень-очень жарко. А утром было ну мега жарко. В Японии я танцевала возле школы и вечером на улице в центре Токио. Там тоже было очень-очень много людей. Я боялась кого-то зацепить палочкой или как-то ногой ударить — такая плотность людей была там. И это уже были не только украинцы, но и много японцев. Мы ходили там в Диснейленд. Но если честно, то, в Париже Диснейленд намного лучше.
— Надеюсь ты японцам этого не сказала?
— Нет.
— Молодец. И спасибо тебе за эту возможность попутешествовать вместе с тобой. Теперь я хочу спросить тебя про самое важное, ну или, скажем так, важное для твоих спортивных целей. Ты готовишься к Олимпиаде-2032. Что стоит на пути у тебя? Что мешает тебе, ну, и подобным тебе, в том, чтобы участвовать в этой Олимпиаде и победить?
— (длинная пауза)
— Я помогу тебе. Первое, пока что художественная гимнастика не введена как дисциплина в паралимпийские игры. Что еще?
— Да, я хочу, чтобы мой вид спорта поскорее был внесен в паралимпийское движение, чтобы в 2032 году я поехала на Олимпиаду, и соревновалась с такими же детками, как я. Кстати, мы в Японии, нет, в Бразилии, нет, это было в Кении, встречались с паралимпийским комитетом. Говорили им, что мы хотели бы, чтобы российских девочек убрали с соревнований. Потому что сейчас Россия по нам очень много ударов наносит, и мы не хотим, чтобы девочки из России могли соревноваться с нашими девочками. Ну и вообще, чтобы они не участвовали на таких турнирах. Я думаю, паралимпийский комитет сделает все возможное, чтобы убрать их с соревнований. Потому что их участие — это не честно.
Юрий Свиридов, член Национального Совета Фонда Рината Ахметова, который сопровождал Сашу Паскаль в мировом турне, — про то, как и зачем дипломатам работать с такими странами как Кения:
Мы были в Кении на встрече International Paralympic Committee (IPC). Сначала было все очень холодно. Женщины с холодными лицами. Они тебя просто молча слушают. Но потом в конце они сами начали проявлять какие-то инициативы. Говорили, что запишут видео. Президент паралимпийского комитета Кении сказала нам: «Я буду в IPC. Я обязательно подниму эту тему [участие российских спортсменок в соревнованиях]».
Насколько эта история будет продолжена, это уже другой вопрос. Но то, что ты можешь такими встречами двигаться вперед, нарабатывать связи, у меня нет никаких сомнений. Для меня это один из ключевых выводов.
Наша первая встреча была в школе элитной гимнастики в Кении. Это скромный по нашим меркам спортзал. Минимально европейский уровень. Там есть собственница, женщина, хорошо выглядит, обеспеченная, из высшего класса Кении. Мы поговорили, потренировались. Потом нас повезли в другую школу на контрасте. Она государственная. Ангар чуть ли не под открытым небом. Нас встречает президент федерации спортивной гимнастики Кении. У него тут три человека тренируются.
«А где снаряды?» — спрашиваю его. «Нет у нас снарядов», — отвечает он. У них есть ковер, который из четырех матов соткан. И бревно для девочек. Тренера нет.
Они вот так живут. Если бы в посольстве было спортивное направление, мы бы чем-то могли помогать и получать их внимание и поддержку. Какие-то старые спортивные снаряды им просто отправить в Кению. Поддержать наших африканских друзей. У нас есть возможность. Привезти туда трех тренеров на полгода, чтобы они поставили какие-то базовые вещи. У нас был бы еще один голос в IOC. Не нужно вливать какие-то огромные деньги, что-то строить. Просто нужно развивать с ними отношения. И они будут чувствовать эту поддержку.
Мы с ними проактивно не работаем. Мы реагируем обидой: почему русских допустили? Да потому что русские много для них сделали. Они же не просто так русских поддерживают. Мы ничего не делаем. У каждого стейкхолдера есть свои интересы. Мы не анализируем их интересы и не способствуем их целям. Мы сейчас очень сильно сконцентрированы на нашей проблеме. Это не дипломатия, это просто обмен обидами. Это незрелая дипломатия.
Одна из женщин, которая присутствовала на этой встрече сказала, что она баскетболистка, а сын ее занимается футболом. Когда она узнала, что я из футбольного клуба (ФК Шахтер), после встречи она ко мне подошла и начала живо интересоваться Академией Футбола Шахтера. Как к нам попасть и так далее. Мы на месте могли провернуть сделку на международном уровне. Пообещать, что заберем мальчика в Академию, и у него будет светлое будущее в Европе. Я уверен, именно так это и работает".
