Дыра в российском бюджете растет, а ткань на заплатки заканчивается. Экс-замглавы Центробанка России о кризисе путиномики

После обвала цен на нефть и начала действия санкций в 2014 году, в бюджете России стал стремительно нарастать дефицит. Для того, чтобы восполнить недостающие 2,5 триллиона рублей, правительство РФ объявило о масштабной приватизации акций крупнейших госкомпаний.

Вчера издание Bloomberg сообщило о намерении продать 19,5% акций крупнейшей в России нефтяной компании Роснефть. Однако эксперты не верят, что даже сотни миллиардов рублей спасут казну. Экономическая модель, выстроенная Путиным за 16 лет правления, будет погружаться в пучину кризиса и дальше.

Заместитель председателя Центробанка России и заместитель министра финансов 1995-1998 годов Сергей Алексашенко объяснил НВ, как латают бюджетные дыры и почему скоро Путину будет нечего продавать для спасения бюджета.

Насколько обоснованы предположения Bloomberg о том, что продажа акций Роснефти связана с президентскими выборами 2018 года? Насколько помогут российскому бюджету эти 700 миллиардов рублей?

Думаю, что Блумберг забегает вперед, оценивая потребности российского бюджета. Деньги Кремлю нужны уже в этом году. Нефтегазовые доходы остаются существенно меньшими, чем планировалось, экономика не растет, прочие доходы бюджета сократились в реальном выражении. По итогам пяти месяцев дефицит федерального бюджета составил 4,7% ВВП, что ощутимо превышает запланированные 3%, являющиеся предельно допустимыми для Путина.

В этой связи продажа акций Роснефти – едва ли не единственный источник денег, который поможет бюджету и деньги получить, и дефицит сократить. Правда, нужно хорошо понимать, что такое сокращение дефицита – это игры в методологию, поскольку продавать акции Роснефти будет Роснефтегаз. Бюджет будет получать не доходы от приватизации (что является источником финансирования дефицита), а дивиденды, которые являются частью обычных доходов. В итоге Минфин с правительством отчитаются Путину, что они удержали этот 3%-ный дефицит.

Сумма сделки значительная, если верить Bloomberg, она составит 11 миллиардов долларов, больше 700 миллиардов рублей – это практически 1% российского бюджета.

Так дефицит составляет 3%. Где возьмут тогда деньги на покрытие остальных 2%, составляющих сотни миллиардов рублей?

В нормальной ситуации дефицит должен финансироваться, главным образом, за счет госзаймов. Но в силу западных санкций заимствовать за рубежом в больших объемах Минфину не удается, а на внутреннем рынке после конфискации пенсионных накоплений, практически, не осталось тех, кто готов давать казне в долг лет на 10-15.

Сегодня Минфин финансирует дефицит почти целиком за счет средств Резервного фонда. Если дефицит не удастся сократить (цены на нефть еще снизятся или расходы бюджета увеличатся), то деньги в Резервном фонде могут закончиться уже в этом году. В любом случае, их не хватит на весь 2017-й год и в следующем году Кремлю придется «запускать свою лапу» в Фонд национального благосостояния. Минфин категорически требует сохранить резервы для финансирования бюджета-2018 (что весьма разумно) и не хочет тратить более двух триллионов рублей из Резервного фонда в этом году. С учетом того, что дефицит может составить около 2,5 триллионов, это означает, что еще 500 миллиардов нужно где-то найти. Поэтому ищут различные варианты, в том числе рассматривают массированную приватизацию.

Сегодня речь идет не только о «Роснефти», рассматривают продажу акций ВТБ, АЛРОСА, «Совкомфлот», «Башнефть» – все это может потянуть на триллион рублей, но получить его целиком в этом году, видимо, не удастся, какие-то сделки уйдут на следующий год.

Подчеркну, все это – лишь изыскание денег для выполнения бюджета 2016 года, ни о каких дополнительных расходах (повышение зарплат, пенсий, бюджетные инвестиции) речь идти не может.

Читайте также: Кризис в РФ продлится до 2023 года, - российский экономист

Не превратится ли эта волна приватизации в раздачу госактивов олигархам, как это получилось в ельцинские времена? Тот же условный Тимченко с Ротенбергами получат доли в госкомпаниях, а деньги в бюджет от продажи так и не придут?

Ельцинская приватизация меняла структуру экономики – крупные компании отдавали из рук государства в частные. Можно говорить о ней все, что угодно – что она была плохая, коррумпированная. Но она выполнила свою цель, компании перешли под контроль частного бизнеса. Сейчас правительство продает небольшие пакеты акций, сохраняя контроль (кроме «Башнефти»). В той же «Роснефти» даже после приватизации государство будет контролировать 55% акций. Это не приватизация, а просто финансирование бюджетного дефицита.

У путинских друзей, членов кооператива «Озеро», триллиона рублей на покупки нет, и все эти ребята – Ковальчуки, Тимченко, Ротенберги – не те люди, которые что-то покупают по рыночным ценам. Они готовы у государства что-то бесплатно взять, а еще лучше, чтоб за это государство еще и приплатило.

Проекты по большим коммерческим сделками с Китаем объявлялись Путиным уже не раз и в большей части заканчивались безуспешно. Насколько удастся в этот раз? Есть ли вообще примеры успешного сотрудничества России с Китаем за последние пару лет?

Китай – страна большая, и все процессы там идут медленно. Невозможно представить, что пройдет всего год, и россияне сольются с китайцами в радостном экстазе. Но и говорить, что ничего не получается, тоже неправильно. Посмотрите на историю той же «Роснефти»: в январе они получили от китайцев $20 млрд аванса на разработку месторождений, если не больше. Можно ли считать этот проект успешным? Исходя из того, что Роснефти позарез были нужны деньги – успешным.

Индийцам они продали почти 50% Ванкорского месторождения (крупнейшее месторождение нефти в Восточной Сибири – ред.), успешный проект? Он дал Роснефти деньги, значит успешный. Газпром заключил с Китаем сделку по строительству Силы Сибири (газопровод для поставок газа из Якутии в Приморский край и страны Азиатско-Тихоокеанского региона – ред.). Не знаю, что там от этого получил бюджет, но Ротенберг и Тимченко получили деньги на его строительство. Успешный проект? Для них – да.

Проблема не в том, что таких проектов мало, а в том, что все они реализуются правительством в ручном режиме. Это не бизнес-сотрудничество, скажем, американских и мексиканских компаний, которые крутят миллиарды в частном секторе.

Насколько хороша сделка по покупке акций «Роснефти» для Китая и Индии? Не могу отвечать за них, но я бы на их месте такие деньги не платил. Эти 19,5% акций не дают возможности участвовать в управлении – контроль остается за государством; соответственно, не будет возможности влиять на политику выплаты дивидендов. Она и сейчас не очень щедрая, но может быть хуже, учитывая ситуацию.

Продажа акций Роснефти идет не на бирже, где известны все условия, суммы и участники. Переговоры по этой сделке ведутся кем-то «с глазу на глаз». Какие там есть дополнительные условия и почему это может быть интересно китайцам или индийцам – я не знаю.

Читайте по теме: Порочный круг имени Путина. О глубочайшем кризисе в экономике РФ

Насколько может изменить планы давление Европы или США на возможных покупателей российских акций в свете истории про санкции?

Не может. Максимум – может быть мягкая рекомендация. Во-первых, китайцы рекомендаций европейцев и американцев не слушают. Во-вторых, санкции запрещают покупку новых акций, а в случае с Роснефтью речь идет о старых (выпущенных до введения санкций – ред.). К тому же, насколько я понимаю, ни Китай, ни Индия ни один пакет санкций против России не поддержали.

Как долго сможет лавировать российское правительство с нынешней бюджетной ситуацией? На сколько лет хватит активов госкомпаний для продажи – 5 лет, 7 или до конца правления Путина?

Я сам пытаюсь это для себя сформулировать, честный ответ на этот вопрос, но пока его не знаю.

На пять лет, думаю, не хватит, просто нечего будет продавать. Роснефть – это последний бриллиант, доставшийся от дедушки. Ну что кроме перечисленных активов российское правительство может продать, получив значимые деньги, без передачи контроля над компаниями?