Полгода в армии. Вещи, от которых устаешь и которые вдохновляют
Прошло ровно 6 месяцев, как я пришел в армию. Мне пока безумно везет
Я наклонил голову и вошел в очень старую, но побеленную и нарядную хату-мазанку. Лепили такие когда-то по Украине из самана всем селом. Сейчас таких мало осталось. Да и сел тех меньше.
Как не приедем по убитым дорогам искать пристанище побратимам — целые улицы смотрят на нас пустыми окнами, синим небом вместо крыш над стенами, зарослями кустов на местах фундаментов.
Пахло сеном, старым деревом и детством. Ребята возились у печки, мешали кофе, носили вещи. Я проскочил вглубь, в большую комнату, которая по нынешним стандартам была меньше некоторых гардеробных. На стене висел коллаж из множества пожелтевших фотографий. На них одной черно-белой линией жизни можно было проследить материнскую любовь к сыну: вот он маленький с друзьями; вот — в армии, вот — свадьба.
В такие дома же нас, как правило, пускают бесплатно
А здесь — вся большая семья за столом. Портрет рядом с какой-то женщиной с подписью «Учительница первая моя». В углу — иконы и рушник.
Что меня не перестает удивлять… в такие дома же нас, как правило, пускают бесплатно, лишь бы только небо держалось над головами. Умерла последняя бабушка, то ли родственников местные общины и волонтеры ищут, чтобы разрешения спросить, то ли сами такой дом держат под военных, разворачивают вокруг целый движ с «там вам могут вещи постирать, а тут накормят» и только и успевают принимать подразделение за подразделением.
То, что меня удивляет — старые вещи в таких домах обычно остаются с тех времен. И никто из побратимов их не трогает. Ни фотографии, ни иконы, ни шкафы. Передают из рук в руки, как инвентарное имущество. Только без журналов учета и актов приема-передачи.
— Кто здесь жил? — не отрывая взгляда от фотографий, спрашиваю я у Р., который является вторым лучшим пилотом в этой части Вселенной.
— Здесь? Да какие-то зэсики. Вчера съехали, — не моргнув глазом ответил Р., так и не поняв, что именно я спрашивал.
— Слышишь… видишь как здесь вся история династии изображена. Сердце сжимается. Где они все? Интересно.
— Умгу, — мурлыкнул Р., размешивая кофе дальше.
Вчера прошло ровно 6 месяцев, как я пришел в армию. Здесь бы должны были быть цитаты побратима Мартина Бреста о том, что 90% времени в поле очень холодно, а остальные 10 — очень жарко.
Что боекомплекта бывает или очень мало, или мало, но больше не унести.
Что «а я же говорил…» и далее по тексту все то, что Мартин обычно вангует о будущем развитии событий и никогда не ошибается.
Однако, мне пока безумно везет. Полгода интенсивного обучения, боевой работы и безумного развития, которого я не имел даже в аспирантуре. Вооружение, техника, информационные системы (божечки, вы бы только знали, насколько прокачанное у нас войско), менеджмент процессов, аналитика, методики. И тайм-менеджмент, потому что все это — на вчера.
Имею счастье видеть ежедневно результаты своей работы и осознавать всем нутром, что каждое собственное действие способствует безопасности любимых людей.
Имею удачу затягивать себе во взаимодействие прекрасных людей, с которыми и черта бить легче.
Много интересного происходит.
Много самых лучших побратимов и посестер встречается.
Но написать не о чем. Или о не ком.
Но у меня есть и свои открытия.
Вот, наконец, я понял интересную штуку. Когда раньше Мартину озвучивал мысли вслух о какой-то проблеме, он сразу хватал телефон и начинал ее решать.
Было очень неловко, потому что я — тогда гражданский — сам для себя же еще не решил, это вообще проблема и надо ли ее решать.
Сейчас я понял: не до конца правильное, но быстрое решение в миллион раз лучше идеально верного, но навсегда запоздалого.
Потому что там, где в гражданском быту течение времени является просто его тратой, на войне — это течение чьей-то крови. Не метафорически.
Конечно, есть вещи, от которых устаешь. Нехватка сна. Задачи 24/7, когда остальная страна живет с обеденными перерывами и пятницей до 15:45, потому что короткий день. Нытье уклонистов в соцсетях (сцаками аж через экран воняет). Цены на топливо и смешное базовое обеспечение военных при постоянных популистских раздачах денег всем и просто так. Очень огорчают наши неудачи, когда не хватает сил и средств. Очень бесят отказы оборудования и собственные прое… ошибки, хотя очень стараешься.
В то же время… одновременно до мурашек приятно понимать, что враги в шоке от того, что 3 дня превратились в 5-й год войны, в котором мы тоже не сдадимся и, несмотря на болезненные потери, ежеминутно становимся еще более злыми и изобретательными.
Они уже украли наши мирные жизни, которые не вернешь ни за какие деньги. Но они не могут и не украдут у нас страны для наших детей, чтобы те не бродили потом сиротами на чужбине.
И знаете, что еще радует? Узнавать, что кто-то еще из знакомых мобилизовался. Вот как Сергей Громенко (автор NV Погляди), что стало мне большим приятным сюрпризом.
А в поле действительно в 90% случаев очень холодно. И как же хочется поскорее той жары.
Текст опубликован с разрешения автора