Враг в 15 км от Запорожья. Что скрывают за информационным шумом

построение нового высокотехнологичного поля боя, фронта сенсоров, фронта сетецентрических систем управления, фронта высокоточных систем вооружения, и разведки, и поражения. Кто лучше организует это поле боя, кто лучше и быстрее будет управлять, кто быстрее будет замыкать, скажем, петлю Бойда в управленческих процессах, тот и будет обладать преимуществом.

Не стоит кормить себя победами, которых не существует

Поэтому проблема сейчас — это не количественное, это не моральное истощение, а это качество и эффективность, которая определяется обеими сторонами. На фронте происходит качественная борьба. И когда у тебя есть система вооружения просто в больших количествах, это не может повлиять существенно на ход боевых действий. На ход боевых действий влияют качественные организационные и управленческие решения. Вот тогда преимущество становится целенаправленным, и тогда каждый может диктовать свою волю и инициативу в конкретной точке, в конкретное время. Вот это и есть получение тактического и оперативного преимущества в боевых действиях. Именно так оно приобретается. Не количеством людей, не количеством средств, а изменениями в организации управления.

Повлияло ли вообще отключение Старлинков для РФ на боевые действия? На самом деле, конечно, это ухудшает качество управления войсками, но переоценивать значение не стоит. Безусловно, отключение Старлинка не останавливает боевые действия, не останавливает штурмы, но значительно усложняет врагу выполнение задач. Надо понимать, что Старлинки в российской армии начали широко распространяться в 2024 году. А до того враг два года вел войну без всяких Старлинков и также продолжал наступательные действия. Безусловно, переоценивать роль тоже не стоит и кормить себя победами, которых не существует — это тоже плохая информационная привычка.

Что происходит с российским Телеграмом. Мы видим, что враг постепенно пытается отказаться от применения иностранных систем обмена информацией, которые они не контролируют, не контролируют исходный код. Поэтому контроль кода, продукта, он позволяет контролировать вообще системы безопасности в таких системах обмена информацией.

Поэтому российское командование обеспокоено, что их войска как основную систему, например, обмена видеостримами использовали Discord. Они в прошлом году выключили Discord, запретили, в этом году запретили и Телеграм. Потому что исходный код этой программы, этого мессенджера, также не в руках России, серверы расположены за рубежом. И поэтому российское командование хочет защитить себя таким образом от вероятных утечек информации.

О назначении Михаила Федорова новым министром обороны. Пока я не вижу системных изменений. С другой стороны, понимаю, что, возможно, есть определенное небольшое время. Я это время для изменений, окно возможностей вижу как первую неделю марта. На первом этапе многое не удастся, если изменений не будет до этого времени. Но я надеюсь, что мы в начале марта услышим об изменениях, которые начнут реализовываться.

Пока что армия, Силы обороны, все ждут, что будет дальше. Что будет с аудитом расходов, что будет с распределением бюджета на следующий год, что будет с изменениями, которые остро назрели в плане ответственности, организации управления войсками. А это значительно более важные изменения, чем даже количество вооруженных людей. И время для аудита, для подготовки новых концепций, для консультаций с новыми людьми, оно уже фактически завершается. Поэтому я надеюсь, что для того, чтобы Михаил Федоров начал реализовывать то, что он очень хорошо озвучил, удачно озвучил в Верховной Раде, он это должен сделать буквально в ближайшие одну-две недели максимум.

Чего не хватает на фронте? Две вещи, которых остро не хватает, которые взаимосвязаны между собой. Это ответственность и честность. Ответственность и честность — это не морально-этические принципы. На войне это организационные вопросы, ключевые организационные принципы, на которых должны базироваться эффективные боевые действия. Ответственность командиров за эффективное выполнение задач, за жизнь личного состава, за эффективное применение вверенного вооружения и материальных ресурсов. Все это организационная проблема.

Так же и честность. Честность в оценке обстановки, честность в выводах, в анализе проведенного действия. Это также организационная проблема. То есть это не просто поиск честного человека, поиск ответственного человека. Нет, это организационный принцип работы, который должен быть внедрен на всех уровнях.

И начинаться это должно не с солдата, не с командира роты, к которым первым приходят следователи ГБР. А ответственность должна начинаться с тех, кто принимает решения, начиная со стратегического уровня. Это настоящая ответственность. И это настоящая честность.

Когда у нас оценивается обстановка объективно, честно, и тогда быстро принимаются решения, тогда можно вводить изменения. А если продолжать врать, что у нас все хорошо, что мы там что-то держим, то потом происходят такие катастрофы, как на Гуляйполе. Когда потеря целого города была признана у нас официально только после того, как враг показал видео с командного пункта нашего захваченного батальона. Там было все оборудование вообще не повреждено, не уничтожено, и враг захватил все, включая телефоны, компьютеры, где содержится совершенно секретная информация. Даже с тайной связью, по которой можно позвонить в главк. Все это было захвачено из-за отсутствия ответственности, отсутствия честности. То есть многомесячная ложь, что мы что-то держим, что где-то на каких-то точках кто-то сидит, а потом — а-а-а, здесь враг! И все убежали, кто остался. И мы потеряли целый город.

И сейчас за то, чтобы вернуть этот город, идут тяжелые бои и многие люди теряют жизни. И опять-таки, всего этого можно было избежать, если бы ответственность и честность были на практике у нас на фронте, а не на словах.

Снова в публичное пространство вернулась тема контрнаступления 2023 года со статьей Associated Press, где Валерий Залужный назвал причину, почему контрнаступление 2023 года не было успешным. Прокомментирую тему так. Эти скандалы будут множиться. Потому что в Украине нет практики проводить анализ проведенных действий. Все проблемы — управленческие, организационные — во введении боевых действий ничего абсолютно не изменилось со времен 2014−2015 годов. Если посмотреть на проблемы, которые были во время боевых действий под Иловайском, под Луганском в 2014 году, под Дебальцево в 2015 году — они абсолютно те же. Кстати, и полководцы те же, в большинстве.

И, к сожалению, ничего не изменилось. У нас не меняются ни подходы, ни принципы к планированию боевых действий, к организации боевых действий, к построению боевых порядков. Потому что в Украине отсутствует анализ проведенных действий (аfter-action review) украинскими боевыми уставами, практикой управления. И поэтому наши ошибки повторяются так же, как в 2022 году, так и в 2023 году, так и в 2024 году, в 2025-м и сейчас повторяются в 2026-м.

Если вы возьмете сценарий Иловайска, Дебальцево, потом посмотрите, что изменилось при обороне Бахмута, Северодонецка, Авдеевки — те же принципы, организационные ошибки, управленческие: построение боевых порядков, управленческие решения, промедление с необходимыми решениями, отсутствие ответственности. Вы увидите, что это все одинаковые вещи.

Все эти причины у нас, когда мы теряем территории, а потом объявляем об успешных контрнаступлениях… То есть теряем 500 квадратных километров и потом освобождаем из них 200 — и говорим, что это большой успех. И это так подается в наших средствах массовой информации. У нас этот День Сурка повторяется на войне год от года. Уже 12 год. Никаких изменений. Идет перебрасывание, кто ответственный и за что. Окей, меняются люди, а что меняется в принципах? Ничего. Меняются только списки погибших в этих неудачных операциях и неудачных действиях, которые повторяются раз за разом.

А потом начинается, а кто там в той операции, кто в той… Давайте посмотрим, что происходит сейчас. Почему сейчас не делаются выводы и повторяются те же ошибки, которые повторялись и раньше? На это никто не обращает внимание. Это не интересно. Значительно интереснее обсуждать, что было в 2023 году и кто виноват.

А что у нас происходит сейчас? У нас сейчас порядок? У нас хорошо сейчас, что мы не обсуждаем ситуацию на Запорожье, на Покровске? Почему мы вдруг потеряли Покровск, выгодную позицию? Потеряли Мирноград? Очень удобные для обороны агломерации. Почему враг на 15 километров подошел к Запорожью? Все это у нас отсутствует в плане обсуждения в повестке дня. Сейчас все переключились на то, что прошло.

Я напишу, подготовлю анализ в ближайшие дни о наших контрнаступлениях, удачных и неудачных, на всех участках, которые были. Это было все на моих глазах. У нас были контрнаступления и в 2022 году, и на запорожском направлении, кстати, тоже. Оно также было неудачным, из него не сделали выводы. Потом неудачное в 2023 году, а сейчас у нас неудачное в 2026 году.

Наша основная проблема — отсутствие профессионального подхода. В украинской власти, в украинской системе управления принцип четырех циклов управленческих решений: осведомленность, ориентирование, действие и анализ — у нас все это отсутствует.

Никто не мыслит профессионально, никто не хочет профессионального разговора. Потому что у нас за этим информационным шумом, срачем, скрывается пустота в головах людей, которые принимают решения. Отсутствие анализа, отсутствие умения учиться, отсутствие делать выводы. Есть просто желание быть на коне, в кресле и кого-то посылать снова, людей куда-то туда вперед, на точку, в посадки.

Вот наша основная проблема — управленческая и организационная. Это тот самый недостаток ответственности и честности. Некоторые командиры у нас есть на высоком уровне, на некоторых позициях у нас есть много некомпетентных командиров. Это факт.

Основная проблема в том, что армия — это вертикально иерархическая структура. Если нет сверху запроса на ответственность и честность, а если есть желание просто придумывать радостные информационные поводы и говорить, все эти успехи — это я, а все, что плохо, — это не я, и больше нет ничего в голове — никаких анализов, никаких разборов — то это просто бег по кругу.

И поэтому враг и может наступать. У нас есть силы остановить линию фронта, у нас есть силы остановить российское наступление, у нас есть возможности уменьшить наши потери в разы, и в разы увеличить потери врага. Но для этого нужны ответственность и честность на каждом участке. Вот этого у нас нет. И эту проблему даже никто не хочет обсуждать и признавать наверху. Потому что там, где принимаются решения, там всегда вера в свою непогрешимость и в то, что во всем виноваты предшественники. Фамилии периодически меняются.

Основная проблема в том, что наше информационное поле засорено информационным шумом и волнами, которые максимально далеки от нашей проблематики. 15 км враг от Запорожья, одного из крупнейших украинских населенных пунктов, промышленных, финансовых, экономических центров, с населением в миллион человек. Вот проблема, о которой хотелось бы как можно больше читать, видеть.

И это та ключевая проблема, которую стоит обсуждать. Стоит обсуждать проблему того, что враг пытается захватить славянско-краматорскую агломерацию. И это действительно ключевая стратегическая проблема для нас. Есть проблема того, что враг пытается захватить Харьковскую область. Вот то, что реально является резонансом, который перекрывает в несколько порядков все эти красивые интересности, которые кто-то где-то в каком-то западном издании когда-то написал. Или, может, напишет. Это абсолютно мелкие вещи по сравнению с тем, что происходит у нас на поле боя.

Конфигурация мира и вообще начало мирных переговоров будет зависеть исключительно от того, на каких рубежах Силы обороны Украины сумеют остановить российское наступление. Переговоры о мире, которые будут эффективны, начнутся только после того, как мы остановим россиян и они несколько месяцев не смогут сделать ни шага вперед. Все остальное — это просто информационный шум, жвачка, которой кормят общество для того, чтобы люди не думали о реальной проблематике и думали, что надо еще перетерпеть немножко, две-три недели и все само по себе успокоится и рассосется. Нет, проблемы не исчезнут. Основная проблема — это то, что у нас не хватает, недостает ответственности, честности для остановки фронта, остановки российского наступления и разгрома российских оккупантов.

У нас есть для этого силы, у нас есть для этого люди, у нас есть для этого средства, и нам нужны изменения, чтобы этого достичь. Тогда после этого можно говорить и станут возможными любые разговоры о мире.

Полное интервью с Юрием Бутусовым читайте здесь и слушайте на Radio NV