«Это выглядит не очень». Почему Федорову не стоило соглашаться на должность советника министра обороны Италии — Рейтерович

Это неправильно с политической точки зрения, неправильно с точки зрения коммуникации. Неправильно и то, что господин Федоров попытался — по крайней мере, в ряде своих заявлений после того, как его сняли с должности министра обороны, — рассуждать о каких-то ценностях и принципах. И ведь вопрос здесь не в том, имеет ли он право быть внештатным советником или нет.

Понятно, что ни в какую Италию он переезжать не будет — сейчас можно общаться так же, как мы с вами, с помощью средств дистанционной связи. Это не проблема. Но очевидно, что на фоне всех его заявлений о необходимости выиграть войну, о готовности сделать для этого всё возможное и так далее, наверное, очень сложно объяснить даже тем, кто ему поверил, каким образом должность советника министра обороны Италии может помочь в победе в войне.

Честно говоря, я бы гораздо лучше понял, если бы его сейчас пригласили давать консультации или выступить в роли советника — например, для поляков или наших друзей из стран Балтии. Это было бы логичнее. Или для какой-нибудь северной страны, у которой есть, скажем, граница с Россией. Это было бы хоть как-то логично.

Потому что Россия сейчас, по сути, собирается предпринять против них какие-то агрессивные действия. Это вопрос времени — давайте просто это осознаем. Всё упирается исключительно в то, когда это произойдет. Поэтому здесь еще прослеживается какая-то логика: они находятся рядом, есть определенный опыт, который можно передать. А вот с Италией ситуация выглядит не очень убедительно.

И еще — о коммуникации. У Федорова с коммуникацией тоже всё очень и очень плохо, что крайне странно, учитывая сферу, из которой он пришел. Вместо того чтобы быстро всё объяснить, четко разъяснить и сыграть на опережение, они отреагировали уже после того, как информация разлетелась по сети. Представители его команды и пресс-службы заявили, что он никуда не поедет и останется в Украине. Но было уже поздно, поскольку — скажем так — с идеологической и ценностной точек зрения это выглядело не лучшим образом. И я до сих пор не понимаю смысла делать это публично именно сейчас. Если бы он хотел взаимодействовать с другими странами, он мог бы делать это и без такой должности.

И еще один момент: вы затронули его вскользь, но ответа на этот вопрос мы пока так и не получили. Как обстоит дело с точки зрения действующего законодательства в отношении взаимодействия бывшего министра, имевшего доступ к государственной тайне, с представителями правительств других стран? И неважно, идет ли речь о союзниках, дружественных или недружественных государствах. Существуют определенные принципы, и их необходимо соблюдать. Здесь возникает вопрос. Задумывался ли об этом господин Федоров?

— У Федорова есть команда, целый пресс-офис. И они ответили, что, мол, работает же бывший британский премьер Риши Сунак советником у Зеленского. И Христя Фриланд, бывший член правительства Канады, тоже работает советницей у Зеленского. И Борис Джонсон — вроде бы он заявлял, что дает советы Зеленскому. Точно так же и Федоров дает советы представителям правительств других государств. И такая деятельность не предполагает, что ты будешь делиться государственной тайной.

— Я могу согласиться с такой позицией, но есть одно «но». Люди, которых перечислили вы и команда Федорова, выглядят исключительно как политические советники. Понимаете? Да, у Риши Сунака был доступ к государственной тайне Великобритании и так далее. Но это разрешено действующим законодательством — в частности, в тех странах. И они дают политические советы. Они не дают советов военного или иного характера.

Хочу напомнить, что в сообщении от итальянского правительства — а именно от канцелярии министра обороны — было указано, чем именно будет заниматься Федоров и чем он будет делиться. А там содержится весьма конкретная информация, касающаяся, насколько я понимаю, развития милтеха, противодействия новейшим угрозам и многих других подобных вещей.

Всё-таки это министр обороны воюющей страны. Ведь те, кого перечислили, представляют страны, которые не ведут войну. Мне кажется, он имеет гораздо более широкий доступ к государственной тайне и должен очень осторожно относиться к тому, кому и что он советует, а также к тому, как это будет выглядеть.

И напоследок хочу напомнить, что очень похожая история была с [бывшим главнокомандующим, ныне послом в Великобритании] Валерием Залужным: представители различных ближневосточных монархий предлагали ему провести хотя бы разовые консультации, когда началось то обострение, которое [президент США Дональд] Трамп спровоцировал в отношении Ирана.

Но Залужный им отказал, поскольку, во-первых, он посол — хотя формально мог бы это сделать, особенно если речь шла о разовых консультациях. Но он, вероятно, прекрасно понимал, как это будет воспринято и как это будет выглядеть. Пока твоя страна ведет войну, делиться опытом с другими государствами, не будучи официальным представителем власти, — это не государственная политика. На мой взгляд, это выглядит, мягко говоря, сомнительно.

И мне кажется, что все отреагировали на это именно в таком ключе. То есть сам факт — кому именно, и сам факт — по каким вопросам он будет давать советы. Если бы это было оформлено как-то иначе, думаю, такого резонанса это бы не вызвало. Но сделали максимально неправильно — и получили такой результат.